Институт Национальной Памяти

Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Ржев, Саранск, Ижевск

 

Институт
Национальной
Памяти

Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Ржев, Саранск, Ижевск

Неумирающие иллюзии вчерашнего дня

Президент Российской Федерации

Владимир Владимирович Путин о патриотизме как объединяющей идее 

 

«У нас нет никакой и не может быть другой объединяющей идеи, кроме патриотизма…»

«Никакой другой идеи мы не придумаем, и придумывать не надо»

«Нужно стремиться к тому, чтобы и бизнес, и чиновники, и вообще все граждане работали для того, чтобы страна становилась сильнее…»

 «Потому что, если так будет, каждый гражданин будет жить лучше. И достаток будет больше, и комфортнее будет… Это и есть национальная идея»

«Она не идеологизирована, не связана с деятельностью какой-то партии. Это связано с общим, объединяющим началом. Если мы хотим жить лучше, нужно, чтобы страна была более привлекательной для всех граждан, более эффективной. И чиновничество, и госаппарат должны быть более эффективными»

«Мы работаем на страну, понимая под этим не нечто аморфное, как ещё в советское время было, такая «давленка» со стороны государства – сначала страна, а потом неизвестно кто. Страна – это люди, вот в этом смысле «на страну»

 «Нужно, чтобы это вошло в сознание. Для этого нужно сознание, и постоянно об этом нужно говорить, на всех уровнях, постоянно»

 

Мысли о патриотизме, высказанные В.В. Путиным, подтверждают исследования отечественных историков.

доктор исторических наук Юрий Леонтьевич Дьяков:

«…Нельзя быть патриотом сегодняшнего дня, не опираясь при этом на богатейшее наследие предков. Именно история воспитывает человека в духе осмысленного патриотизма, ибо знание прошлого Отечества делает человека богаче умом, тверже характером и зорче разумом. История воспитывает в человеке необходимое чувство национальной гордости, а культура народа всегда зависела от того, насколько народ знает и ценит свое прошлое. Сравнивая прошлое и настоящее, патриотизм необходимо рассматривать как генетическое чувство любви к Родине, нравственную основу долга человека. Патриотизм – это показатель высокой гражданственности, сопричастности к судьбам страны, стремление к сопротивлению захватчикам. Патриотизм проявляется в соблюдении и развитии лучших традиций народа. Патриот, знающий много, видящий далеко не позволит подрывать нравственные устои общества, осквернять отечественные святыни, взрывать храмы или создавать танцплощадки на местах упокоения предшествовавших поколений. Подлинный патриотизм основывается на глубоком понимании прошлого, ибо в нем мы черпаем опыт необходимый для созидания будущего».

 Далее мы публикуем статью Юрия Леонтьевича Дьякова «Неумирающие иллюзии вчерашнего дня».

Но вначале о докторе наук Ю.Л. Дьякове (1928-2013 гг.)

Юрий Леонтьевич – наш товарищ, коллега, стоявший у истоков создания Института национальной памяти. На протяжении 1990-х – начала 2000-х годов мы работали под его началом по проектам: «Совершенно секретно:» Лубянка – Сталину о положении в стране. 1922-1932 гг.; «Власть и общество. Российская провинция. 1917-1991 гг.»; «Великая война и великая победа народа. К 65-летию начала Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.»; «Зимняя война. 1939-1940 гг.»; «К 70-летию начала Второй мировой войны. Исследования, документы, комментарии»; «Советско-польские отношения в политических условиях Европы 1930-х годов»; «Польша – СССР. 1945-1989: избранные политические проблемы, наследие прошлого» и др. Еще в доперестроечные годы он одним из первых поставил вопрос об актуальности изучения проблемы Северной угольно-металлургической базы, сыгравшей ключевую роль в обеспечении обороноспособности СССР в годы войны. Юрий Леонтьевич Дьяков много занимался проблемами исторического самосознания народа, межнациональных отношений в ХХ столетии. Его перу принадлежат монографии: «Историческая наука и власть (советский период)», «Идеология большевизма и реальный социализм». О международном признании ученого говорят его выступления с научными докладами на конференциях в Белграде, Варшаве, Катовице, Тегеране, Хельсинки и др.

Он одним из первых из современных историков сформулировал смысл понятия патриотизм народа.

Члены Правления ИНП

 

Неумирающие иллюзии вчерашнего дня

В октябре 1917 г. Россия суеверно и слепо доверилась кумирам. В результате ее погубили цинизм и произвол, безмыслие, безликость и серость.

И.А. Бунин писал: «Не Бог нас создал. Это мы Богов творим рабским сердцем…». Когда большевики разгромили религию, народ утратил связь с Богом и стал творить новых, уже земных кумиров. Это логика неудовлетворенного религиозного чувства. В период бурь и бед народных на пьедестал кумиров поднимаются политические лидеры, умеющие предстать в роли спасителей.

«Непредвиденные последствия человеческой деятельности,…самоорганизующееся людское творчество, поиск сообществами рациональных ответов  на повседневные вызовы и проблемы – вот что определяет человеческую эволюцию, а не «объективные исторические закономерности», –  отмечает академик В. Тишков. – Что же касается утверждения «коммунизм» – это результат естественно-исторического развития общества», то на этот счет более чем достаточно авторитетных исследований, доказывающих, что человек и общество остаются  частью природы, где законы иерархии и состязательности составляют основу социальной жизни, а равенство и свобода каждого и всех вместе есть социальная смерть. Коммунистическая идея, как и христианская, выполняет роль терапии и духовной компенсации за эти неизбежные дисгармонии. А значит, и осуществить коммунистический идеал в принципе невозможно. Не пытаются же христианские демократы устроить на земле царство Божие. Так почему же коммунисты столь настойчивы в желании претворить свой идеал в жизнь?»

А потому что в одно целое смешались социальная теория, вероучение и политическая доктрина. Реальность же в том, что общество настолько разнообразно, пестро, что уложить его в одну какую-то универсальную схему, как в прокрустово ложе, невозможно.

Идеологом действительно крупного масштаба в России и СССР был Ленин. Уроки истории свидетельствуют о том, что попытка искусственного ограничения развития общества и втискивания его  в заранее выработанную узкой группой идеологическую схему провалилась. Отказ от ложных идеалов и ценностей происходит порой мучительно и небезболезненно.

Причины этому – неумирающие иллюзии вчерашнего дня.

 

На поверхности сознания была революция, в глубине –

власть любой ценой

Еще в ранний период своей политической деятельности, вслед за Чернышевским, Ульянов-Ленин деятельно доказывал, что революционер для торжества своих идей должен безбоязненно прибегать ко всем средствам. Ленин был человеком одной идеи, целиком поработившей его. Под прикрытием марксистских догм, Ленин руководствовался личными устремлениями к власти. На поверхности сознания была революция, в глубине – власть, власть любой ценой, как завершение идеи революции. Других путей к власти он не видел. Новоявленный мессия был готов без колебаний отдать немцам половину европейской России, лишь бы удержаться у власти. Ощущение полноты жизни ему доставляла власть. В нем сосредоточилась мощная энергия, жажда деятельности и мщения, жажда достичь поставленной цели. Без честолюбия политиков не бывает, но честолюбие, гипертрофированное до жажды власти любыми средствами – это беда не только самого политика такого ранга, как Ленин, но трагедия всей России. Он не пил, не курил, даже не имел детей. В сущности, революционная деятельность заменяла ему все.

Историки были часто поверхностны и больше смотрели на слова Ленина, чем на его конкретные действия, между тем, в конечном счете, только история обнаруживает в его действиях четкую логику, идущую вразрез с его заявлениями и декларациями.

Потомкам трудно понять фигуру Ленина, лишь на основе его собственных рассуждений и воспоминаний апологетов, а не фактов его конкретных дел. Официальная идеология представила Ленина не только гением, но и ангелом, что это «самый человечный  человек», безгрешный, кристально чистый и честный.

 

Но кто был на самом деле этот человек?

Безумец или мистификатор?

 Ведь об этом эмигранте, ведущим жизнь баловня судьбы, в сущности, в России ничего не было известно. Ни кто он, ни откуда прибыл в Россию, и, тем не менее, лишь спустя полгода оказался на вершине власти великой страны. Молниеносный штурм командных высот, проведенный Лениным, оказался подобием цезаревского блицкрига – пришел, увидел, победил.

Особый интерес представляет дело о связях Ленина и его ближайшего окружения с германским генеральным штабом и военной разведкой, о тайной переброске группы большевиков из Швейцарии в Петроград, о заключении сепаратного Брестского мира с Германией. В Бресте Ленин был поставлен перед выбором: война или позор. Он выбрал позор, а затем еще и войну.

В ХХ веке на долю России выпало столько испытаний, как ни одному другому обществу. Революция в России была катастрофой в истории страны, «величайшее государственно-политическое и национально-духовное крушение, по сравнению с которым Смута бледнеет и меркнет», – подчеркивал Иван Ильин.

В массовом сознании мощными усилиями партийной идеологии сформировался стереотип гениального Ленина. Однако даже великолепный ум не является синонимом гениальности. Для членов семьи Ульяновых Владимир являлся каким-то особенным высшим существом. «Ленин принадлежал к «одержимым» натурам. Он был одержим идеями, и не он ими владел, а они им», – вспоминал Н. Валентинов.

В фигуре Ленина сочетались как идеализм, так и прагматизм. Извилистые ходы хитроумных мыслей Ленина следовали прихотливым путем. Он обладал значительной хитростью и изворотливостью, но мудростью он не отличался «Nil sapientiae odioqus acumine nimio», – изрек Сенека: «для мудрости нет ничего ненавистнее хитрости» (лат.).

Способный и ловкий, наделенный известной гибкостью и изворотливостью, Ленин заметно выделялся среди своих соратников. Никто не умел так пользоваться разрушительным инстинктом толпы! – писал эмигрант Д. Лехович. – О Ленине кто-то сказал, что он словно топором обтесывал свои мысли и преподносил их в лубочно-упрощенном виде. Но именно в этой топорной работе, в умении упрощать свою мысль заключалась невероятная сила. Его лозунги были понятны народным массам. Он умел ими руководить».

В своих воспоминаниях о Ленине Сталин называл Ленина «гением революционных взрывов»; он писал, что в дни революционных переворотов Ленин «буквально расцветал», «революция – праздник угнетенных и эксплуатируемых». Ленин любил открытые атаки, он жаждал врагов как внутри страны, так и вовне, чтобы было с кем бороться, чтобы, воспользовавшись удобным предлогом, вводить в действие все более суровые законы, применять все более крутые полицейские меры в стране и разжигать пожар мировой революции за ее пределами.

Коммунистическая апологетическая литература и историография сложили о Ленине многочисленные легенды, рисовавшие его как сверхчеловека, прозревшую некую абсолютную правду. Образ Ленина приобрел своеобразное фантастическое наполнение, выступая в облике своего рода божества, всевидящего, всезнающего, всепрозревающего волшебника. Однако ясность истории неумолима. Если брать канву преступных деяний Ленина, то тут и впрямь все происходило почти по О”Генри: накладной парик, сбритая борода, фальшивые паспорта, чемоданы с двойным дном, плюс к тому тайнопись и др.

Природа иногда слепо раздает свои дары: ум достается авантюристу, сила – грабителю, воля – насильнику. У Ленина был великолепный ум, но несомненно, что в нравственном смысле Ленин был ущербен. Каждый новый факт из его сумеречной биографии является штрихом, из которого складывается довольно несимпатичный портрет. Политическая интрига была для Ленина делом жизни.

Был ли Ленин счастлив? Но известно, что счастливые люди великодушны. Был ли он добр, интеллигентен? Но многие свидетельства говорят о его грубости, пошлости в общении с людьми. Часто Ленина оправдывают тем, что он не всегда мог преодолеть обстоятельства. Это верно. Политик часто не властен над обстоятельствами, его подчас толкают на те или иные шаги другие.

 

Культ Ленина существовал объективно, несмотря

на субъективное противодействие этому с его стороны

Советское государство в отличие от исторической модели русского самодержавия, возникло как инноваторская форма партийного правления. Культ Ленина существовал объективно, несмотря на субъективное противодействие этому с его стороны. Смерть Ленина устранила все преграды, которыми он ограждался от поклонения к себе, и началась вакханалия обожествления со стороны его соратников, а не только Сталина. И не стоит это объяснить лишь влиянием пережитков прошлого в сознании Сталина. В момент формирования культ Ленина – коллективное явление, свойственное коммунистической идеологии, самой природе большевизма как движения и как системы, хотя Хрущев и отрицал это на ХХ съезде КПСС. Отрицалось это и в Постановлении ЦК от 30 июня 1956 г. «О культе личности и его последствиях».

Во властной, жестко централизованной организации, созданной Лениным, да еще в условиях однопартийности, крылось зерно бонапартизма. Это зерно проросло и дало диктатора с огромными властными полномочиями – Ленина. Партия нового типа, выпестованная им, просто не могла не порождать диктаторов. Узурпировав власть в России, Ленин поучал: «волю класса иногда осуществляет диктатор, который иногда один более сделает и часто более необходим… Советский социалистический демократизм единоличию и диктатуре нисколько не противоречит… Необходимость единоначалия, …признания диктаторских полномочий одного лица с точки зрения проведения советской идеи».

После смерти Ленина вакуум неизбежно должен был заполниться. Это могли быть Троцкий, Зиновьев, Каменев, Рыков, Сталин или кто-то другой, но вопрос решало их противоборство. Но дело в том, что Ленин создал такую систему власти, когда на смену одному диктатору неизбежно должен был прийти другой. В партийном государстве важно лишь, что он генсек. Эта традиция пошла уже от Сталина, и после его смерти диктатором мог стать Берия. Традиция культа личности неотвратимо должна была найти конкретное лицо. Такова логика ленинской системы власти. Большевизм оказался сосредоточенным на фигуре вождя в значительно большей степени, чем другие русские радикальные течения того времени.

 

Кому же все-таки было нужно, чтобы на

политическом небосводе зажигались звезды, подобные Ленину?

Ленин имел огромное влияние на партийцев, шедших за ним. Он умел подчинить их себе, превращать в послушное орудие в ведущейся им политической игре. Несомненно, Ленин обладал каким-то магнетизмом, энергией воздействия. Он обладал поразительным динамизмом. Ленин обрел бессмертие благодаря тому, что, подобно Герострату, раздул гаснущую искру в гигантское пожарище. Для истории по большому счету, в сущности, не столь важно, какими молитвами руководствовался тот или иной политический деятель. Куда важнее – как все обернулось. А обернулось плачевно. А каковы результаты конечной деятельности всех партийно-государственных лидеров от Ленина до Горбачева? Старое вечное мерило: истинно то, что оправдывает себя в жизни. Слову пророка на Руси верят, когда оно подтверждено его житием. Не просто жизнью, а именно житием. Дело Ленина и его житие не состоялось. И причина несостоятельности, как видим, не в искажении его дела, а в самой утопичности и несбыточности его дел изначально. Будучи человеком огромной целеустремленной энергии, Ленин отличился лишь в создании партии «нового типа» – партии диктаторской, а потому обреченной на поражение. С ленинских времен коммунистическая идеология отличалась упрощенчеством: буржуа и пролетарии, частная собственность и ее ликвидация, капитализм и социализм.

Ленин, безусловно, был крупным революционером, русским Робеспьером, но к когорте великих мыслителей не принадлежал. Ни один его эпохальный прогноз не оправдался, а это – исторический приговор личности, считавшейся гениальной. И Ленин, и все его сподвижники были якобинцами. Ленин был организатором и создателем партии, а партия, в свою очередь, создала его самого, возвела его на тот пьедестал, который поднял его на самый верх. Мысли его всегда вращались вокруг партии и около нее. Она была сущностью, смыслом его жизни даже тогда, когда он был на смертном одре.

Незадолго до кончины Ленин, видимо, понял, что он исчерпал все возможности – в том направлении, в каком он действовал. Отсюда его панические предсмертные записки. Ошибки, допущенные им, явно мучили его больше, чем совершенные преступления.

Вся мировая история подтвердила неумолимую логику разрушения искусственных государственных образований, основывавшихся на принуждении и насилии. Основателем советского государства являлся Ленин, и это государство рухнуло. Можно привести и другие аргументы, но они не доказали бы ничего, кроме доказанного историей.

Я далек от мысли, что мне все ясно. Кому же все-таки было нужно, чтобы на политическом небосводе зажигались звезды, подобные Ленину? Это очень непростой вопрос. У меня есть, конечно, догадки, но как историк я воздержусь от их изложения, да и время для этого еще не наступило.

 

Просмотров статьи:

292

Автор статьи:

доктор исторических наук Юрий Леонтьевич Дьяков

Поделиться в социальных сетях: