Институт Национальной Памяти

Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Ржев, Саранск, Ижевск

 

Институт
Национальной
Памяти

Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Ржев, Саранск, Ижевск

  • Главная
  • Исследования
  • Документы. Письма
  • Секретный отдел Полномочного Представительства ОГПУ Московской области раскрыл контрреволюционную церковно-монархическую организацию «Истинного Православия

Секретный отдел Полномочного Представительства ОГПУ Московской области раскрыл контрреволюционную церковно-монархическую организацию «Истинного Православия

                                   

 


 В 1930 г. ОГПУ была ликвидирована организация, именовавшаяся в документах следствия как «контрреволюционная монархическая организация церковников, проводившая активную контрреволюционную работу на территории Московской области под флагом защиты и сохранения «Истинного Православия». Личный состав организации, по характеристике данной чекистами, состоял из «сохранившихся остатков бывшей буржуазии, дворянства и верных «законному царскому строю» попов, монахов и монашек, поставивших своей задачей организацию и подготовку контрреволюционных сил из числа последователей «Истинного Православия» с конечной целью свержения советской власти». ОГПУ было установлено, что организация была тесно связана с нелегальным Всесоюзным Политическим центром «истинных христиан», руководимым профессорами Новоселовым, Лосевым и другими, а также с Ленинградским центром, возглавлявшимся митрополитом Иосифом, архиепископом Дмитрием Гдовским и епископом Сергием Нарвским, откуда она и получала руководящие указания.

Ниже приводятся подлинные материалы этого дела.

 

26 февраля 1931 г.

 

 

Полномочное Представительство ОГПУ Московской области

СЕКРЕТНЫЙ ОТДЕЛ

Экз. № 77

Совершенно секретно

12 февраля 1930 г.

Москва

 

 

Обзор по следственному делу

контрреволюционной церковно-монархической организации

 «Истинного Православия»

 

Оглавление

 

1. Возникновение и состав организации:

а) Московский филиал …………………………………………………………..

б) Серпуховской филиал ………………………………………………………..

в) Тверской филиал ……………………………………………………………...

2. Платформа контрреволюционной литературы……………………...................

3. Программные задачи организации …………………………………………......

4. Агитация и пропаганда:

а) Распространение контрреволюционной литературы …………......................

б) Антисоветские проповеди ………………………………………….................

в) Исповеди ……………………………………………………………..................

г) Индивидуальная антисоветская агитация ………………………….................

5. Нелегальные собрания ………………………………………………................

6. Антиколхозная агитация ……………………………………….........................

7. Контрреволюционная деятельность среди рабочих ………………................

8. Помощь высланным единомышленникам и поминовение ссыльных

 кулаков и пр. …………………..............................................................................

9. Использование монашек, «юродивых» и бесноватых…………......................

10. Заключение ……………………………………………………….....................

 

Стр.

ПРИЛОЖЕНИЕ:

а) Список обвиняемых по следственному делу

контрреволюционной церковно-монархической

организации истинного православия ……………………………...............

б) Схема построения контрреволюционной церковно-монархической организации   «Истинного Православия» ………………………………………………..............

 

I. Возникновение и состав организации Московской области

 

Контрреволюционная организация «Истинного Православия» в Московской области возникла со второй половины 1927 г. За это время были организованы, окрепли и начала активно действовать филиалы в Москве, Серпухове и Твери; несколько позже – к началу 1929 г. организовался филиал в с. Гора Орехово-Зуевского района и ячейка в Вышнем Волочке.

Возглавляли филиалы: в Москве – б[ывший] купец и домовладелец «мирянин» Кувшинов И.А.; в Твери – окончивший духовную Академию поп Левковский и бывший крупный помещик-дворянин поп Бартоломей; в Серпухове – доктор Таганского ИТД (он же епископ Максим); окончивший Московский Университет поп..., а после их высылки – поп Ищенко; в с. Гора – б[ывший] фабричный инспектор поп Крылов; в В-Волочке – иеромонах …

По делу организации арестованы 63 активных члена и руководителя, социальный состав коих определяется следующими данными:

Монахов и монашек                         – 23

Попов                                                         – 15

Купцов и торговцев                          – 13

Совслужащих из «бывших людей»           – 6

Жандармов и кулаков                      – 6

Возникновение и оформление филиалов организаций, по показаниям самих арестованных, рисуется следующим образом:

Серпуховской филиал

«… Я пришел к убеждению, что советская власть преследует религию и потому с нею надо бороться, для этой цели я вступил в контрреволюционную церковную организацию, ставившую целью вести агитацию против советской власти и путем организации против нее верующих готовить свержение этой власти… Организация наша строилась так же, как построена церковь… Наша группа ставила задачей сделать ячейкой организации каждую церковную общину г. Серпухова, с этой целью мы вовлекали в нашу работу духовенство и активных церковников, через которых обрабатывали наиболее надежных мирян, недовольных советской властью (иеромонах Трусов).

«2 января 1928 г. по инициативе Кремышенского А.А. было созвано нелегальное собрание из специально приглашенных священников г. Серпухова, на котором Кремышенский сделал информацию о том, что митр. Сергий продался советской власти и потому нужно порвать с ним всякую связь. Вскоре после этого Кремышенский уехал в Москву к профессору Новоселову, а оттуда в Ленинград к Дмитрию Гдовскому; по возвращении в Серпухов Кремышенский объявил, что он назначен благочинным по г. Серпухову и начал разворачивать контрреволюционную работу, но скоро был арестован и выслан. Тогда Дмитрий Гдовский посвятил в епископы врача Таганской тюрьмы Жижиленко М.А. и направил его в Серпухов под именем Максима. Таким образом, под маркой церкви и создалась в Серпухове контрреволюционная группа» (Синайский).

Тверской филиал.

Несколькими месяцами позже организовалась такая же группа и в г. Твери. «23 апреля 1928 г. по инициативе священника Левковского в храме женского монастыря состоялось неофициальное совещание, на котором присутствовали священники: Левковский, Фессалоницкий и я, а также некоторые члены церк. совета. На этом совещании Левковский заявил, что в настоящее время есть только один архиерей, который говорит правду, что советская власть преследует веру и церковь, архиерей этот – Дмитрий Гдовский, к которому Левковский и предложил присоединиться. Через день-два после этого Левковский уехал в Ленинград к Дм. Гдовскому, откуда вернулся 2 мая, созвал вторично такое же совещание и объявил, что к Дм. Гдовскому присоединились не только мы, но также Серпухов и др. города» (Шишканов).

К этой группе в результате последующей обработки присоединились новые члены, главным образом, из монашествующего элемента:

«В организацию, возглавлявшуюся Левковским в Твери, я вступила из-за своих религиозных убеждений, так как считаю, что эта организация стоит на защите православия, которое предал антихристовой власти митрополит Сергий» (монашка Наумова).

Тверской филиал контрреволюционной организации был наиболее деятельным и развил широкую работу по организации ячеек в В-Волочке и Орехово-Зуевском районе, в результате была организована ячейка в В-Волочке во главе с иеромонахом Феофаном Ишковым и в с. Гора Орехово-Зуевского района.

 

II. Платформа контрреволюционной организации

«Истинного Православия»

 

Из обнаруженных при обыске у членов организации материалов и их показаний с достаточной полнотой выявляется, что задачей организации ставилась реставрация монархического строя во главе с «законным царским правительством»; из этой общей задачи вытекали: 1) оценка политических событий и отношение к советской власти и 2) программа контрреволюционной работы в данных конкретных условиях.

В распространявшейся членами организации нелегальной брошюре «О двух путях» один из руководителей организации поп Левковский пишет:

«…Госбезбожие – богоборство ненавидит всякую религию, а особенно христианскую… и всеми мерами борется с нею, везде гонит ее. За время с 1928 по 1929 г. гонение выражается в следующем: 1) у православной церкви отняты все храмы и все богослужебные предметы и объявлены госимуществом; 2) церковь лишена всех юридических прав; 3) под видом борьбы с контрреволюцией и под предлогом культурно-просветительных надобностей закрыты все монастыри (не менее 1000), а приходские храмы продолжают закрывать с особой поспешностью и яростью; 4) святые иконы, святые мощи и прочие святыни поруганы и поругаются, а христианские кладбища осквернены и оскверняются; 5) христианские праздники ежегодно подвергаются оскорблению путем кошмарно-кощунственных безбожно-богоборных демонстраций и карнавалов; 6) святейшее имя Бога, Богоматери и св. угодников дерзко и гордо похуляются всегда и везде; 7) вера в бога допускается законом на бумаге, а на деле считается противогосударственным преступлением и, если она еще не уничтожена богоборным советским правительством, то это лишь потому, что уничтожить ее сразу не представляется возможным».

Рассматривая обращение митрополита Сергия к духовенству о соблюдении политической лояльности в отношении советской власти, как измену и предательство, Левковский продолжает:

«Царство социализма есть, с точки зрения христианского учения, царство сатаны… Поэтому всякие попытки российского прав[ославного] духовенства в данный безбожно-богоборный момент создать путем разных отступлений, особенно же поддержкой безбожно-богоборной лжи, негонимое положение для веры и церкви в советском государстве есть не что иное, как измена царству божию и сознательное принятие и даже защита царства сатаны».

Найденная при обысках и распространявшаяся среди верующих нелегальная брошюра «Что должен знать православный христианин?» следующим образом трактует о советской власти:

«Начальник тогда бывает не от бога, когда он не хочет знать истинного Бога и когда беззаконно сам захватывает власть. На современную нам гражданскую власть каждый христианин должен смотреть как на попущение божие для нашего наказания и вразумления… у современной нам идеи государственности власть, взятая снизу, передавалась вверх, т.е. извратился божественный порядок, а посему власть эту нельзя признать законной, т.е. нельзя признать власть от Бога, но Богом попущенной…

Христианство и коммунизм взаимно исключают друг друга и борьба между ними неизбежна… Введен гражданский брак, который в самом корне уничтожает идею семьи, установленную самим Богом, и получается скотская жизнь; патриотизм заменен интернационализмом и классовой борьбой… коих суть – классовая борьба и богоборство, несущие смерть христианству… Причина гонения на церковь со стороны неверующей власти заключается в стремлении подчинить церковь своему влиянию и через церковь приготовить народ к будущему принятию антихриста, как политического и духовного главу падшего человечества…

Богоборчество окончится тогда, когда нечестивец (антихрист) задумает воспротивиться самому Богу и увидим царей земных и воинства их собранные, чтобы сразиться с сидящим у власти антихристом и воинством его… Должен повиноваться больше Богу, нежели человекам, ничего не боясь за такой ответ… ибо … «если прав. христианина обвиняют в контрреволюции, этим не следует смущаться, это обвинение ложное и выдумано врагом Христа и есть удел всех исповедников веры».

В нелегальной брошюре «Беседа двух друзей» дается следующая установка «каждому христианину»:

«Я – христианин и революцию признаю, как совершившийся факт, попущенный Богом, но сочувствовать ей, как насилию, не могу и повиноваться должен больше Богу, чем людям, без всякого употребления слова «лояльность», ибо термин этот, по словарю иностранных слов, имеет разное значение».

Нелегальная брошюра Новоселова, начинающаяся словами «Уста священника должны хранить ведение», следующим образом определяет отношение церкви к советской власти:

«После октябрьского переворота русская церковь оказалась перед лицом государственной власти, не только безрелигиозной, но ярко антихристианской, в существе своем христианству противоположной и христианство отрицающей и потому фатально обреченной на борьбу с нею… Церковь стоит на дороге коммунизма, в самых главных и основных пунктах она является отрицанием коммунизма в области его материалистической философии, его исторических концепций, практических средств его осуществления. Противоположность эта равняется противоположности между да и нет, между утверждением и отрицанием… Однако власть не нашла в себе силы открыто начать борьбу с церковью как церковью; она делает это под видом борьбы с политической контрреволюцией церковной иерархии и церковных организаций».

Кроме перечисленных документов, по существу своему являвшихся платформой организации, арестованные члены контрреволюционной организации «Истинного Православия» в своих показаниях следующим образом излагают свои политические взгляды и пропаганду этих взглядов среди верующих: «Поскольку на территории б[ывшей] России после установления советской власти в октябре 1917 г. появилось гос[ударственное] безбожие-богоборство, значит наступают последние времена. Это положение я считал своей обязанностью разъяснить и разъяснил верующим.., а также… «проповедовал, что вследствие гонений на религию настает время бежать в пустыню, т.е. переходить на нелегальное положение» (Обвиняемый Левковский).

Активный участник организации поп Бартоломей показывает:

«Мой отец имел небольшое поместье в Смоленской губ., около 700 дес. земли, сам я окончил Николаевский Кадетский корпус и два курса Петербургского Университета… Священником я сделался в 1929 г. и примкнул к крайнему правому крылу православной церкви… Тверское духовенство в лице меня, Левковского, Козореза, Анисимова, Фессалоницкого и Солодова настроено монархически и является непримиримым противником советской власти, на почве чего мы были крепко объединены и представляли хорошо спаянное ядро».

Другой участник Тверской группы – монах Анисимов свое отношение к советской власти формулирует следующим образом:

«Советская власть я считаю богопротивной, так как она ведет борьбу с религией и арестовывает священников…» и нахожу, что «… эта власть послана Богом в наказание, так как Бог и раньше наказывал людей всемирным потопом, а теперь наказал советской властью» … Об этом я говорил и верующим.

Аналогичны и показания других обвиняемых:

«Мысли, изложенные в брошюре «Что должен знать православный христианин?», я считаю правильными… Наша контрреволюционная организация использовала церковь как ширму для политической борьбы, так как люди, стоящие во главе этой организации, обижены революцией и примириться с советской властью не могут» (монах Дубровный).

«Я читал молитву за многострадальную церковь, потому что считаю церковь гонимой и что церковь и советская власть по идее противоположны и примириться не могут. К политике советской власти я отношусь отрицательно..., так как эта власть послана в наказание за грехи…, безусловно, является властью антихриста, поскольку она не признает Бога и издевается над религией; вся политика этой власти по переустройству жизни на социалистических началах противна духу христианства. Колхозы я также считаю организациями антихристианскими…» (монах Бубликов).

Свои монархические настроения и пропаганду монархизма среди верующих члены организации выражали в поминовении бывшей царской фамилии: «По моей инициативе и с моего ведома за всеми церковными службами производилось поминовение за упокой бывших русских царей и цариц, чем выражалось наше сочувствие им» (монах Анисимов).

«Так как мы являемся сторонниками монархического строя, то считали для себя обязательным поминовение за упокой членов царской династии Романовых; это поминовение производилось как общей фразой «о благоверных царях и царицах», таки персонально Александра III, Николая II и др.» (монах Козорез).

 

III. Программные задачи организации

 

Программные задачи организации ярко выражены в перечисленных выше документах. Так, в брошюре «Что должен знать православный христианин?» указывается: «Церковь Христова не может идти на компромиссы и соглашения с неверующей гражданской властью, так как это пользы не принесет и не достойно истинных последователей Христа, которые должны отстаивать свою свободу как отстаивала древняя христианская церковь».

В этой же брошюре дается прямая установка в части отношения к интервенции: «Апостол Павел сказал молиться о властях, но за современную власть молиться нельзя, так как и древние христиане молились, чтобы Бог послал поражение римскому императору Юлиану».

Нелегальная брошюра «Беседа двух друзей» прямо призывает к восстанию против советской власти и говорит, что: «Народ не имеет других путей для защиты своей веры как грозное возмущение против несправедливостей».

У члена организации – попа Фессалоницкого при обыске были обнаружены заметки под общим заглавием «Новое евангелие», по существу этого «евангелия» Фессалоницкий дал следующие показания:

«Взятые у меня при обыске заметки под названием «Новое евангелие» с формулировками «Кулак против кулака», «Класс против класса», «Борьба против борьбы» написаны мною в результате размышлений в одну бессонную ночь, когда я продумывал современное политическое положение и роль церкви. Поясняю: «Кулак против кулака» – это ответ церковников на антирелигиозную политику советской власти и безбожных организаций; «Класс против класса» – это наш класс лишенцев против рабочего класса; «Борьба против борьбы» – это борьба верующих против советской власти и антирелигиозников. Я получил соответствующее воспитание и сжился с монархическим строем, который меня удовлетворял морально и материально; поэтому нужно прямо сказать, что я хочу восстановления монархического строя».

 

Оценивая деятельность Тверской группы контрреволюционной организации, Фессалоницкий показывает: «Наша группа считала для себя наиболее приемлемой монархическую власть… и поэтому она преследовала цели: подготовку и воспитание народа в антисоветском, монархическом духе».

Остальные участники организации «Истинного Православия» определяют программные задачи следующим образом: «Мы – противники советской власти и сторонники ее свержения … о свержении советской власти силою оружия мы не думали, но организовывали вокруг себя верующих, внушая им антисоветские идеи… Обработка верующих в монархическом духе – наша задача на ближайший период» (монах Козорез).

«Деятельность Серпуховской группы направлена против советской власти и всех ее мероприятий. Группа ставила своей конечной целью изменение политического строя, причем для выполнения этих целей вокруг церкви группировался весь реакционный элемент, так как через церковь, как организацию, имеющую установившееся организационное построение, легче всего проводить антисоветскую работу» (Поп Ищенко).

Контрреволюционная деятельность организации осуществлялась методами: 1) антисоветской агитации и пропаганды путем размножения и распространения нелегальной литературы, антисоветских проповедей с амвона, исповедей и индивидуальной агитации; 2) нелегальных собраний; 3) антиколхозной агитации; антисоветской работой среди остальных слоев рабочих; 4) помощи высланным единомышленникам и поминовения их с амвона; 5) использования в антисоветских целях монашек, «юродивых» и «бесноватых».

 

IV. Агитация и пропаганда

 

а) Распространение ... литературы

 

При обыске у членов организации было обнаружено большое количество нелегальной антисоветской литературы, причем к наиболее важным материалам относятся: 1) брошюра «Что должен знать православный христианин?»; 2) брошюра, начинающаяся словами: «Уста священника должны хранить ведение»; 3) брошюра «О двух путях»; 4) брошюра «Беседа двух друзей»; 5) брошюра «Памяти святых обителей»; 6) конспекты проповедей Бартоломея, Фессалоницкого и пр.

Литература эта распространялась среди рядовых членов и надежных церковников, определенно сочувствующих идеям организации. При этом характерно то обстоятельство, что церковные алтари были превращены членами организации в хранилища нелегальной литературы.

Руководитель Тверского филиала Левковский показывает: «Нелегальную литературу я получал от профессора Новоселова и священника Дулова; эту литературу я давал читать Бартоломею, Козорезу, Анисимову, Фессалоницкому и Солодову».

«Однажды я зашел в церковь, где служил священник Левковский и, зная, что эта церковь не признает митр. Сергия, я подошел к Левковскому и попросил его разъяснить, в чем у него расхождение с Сергием. Вместо ответа Левковский достал из кармана брошюрку и, передавая ее мне, сказал: «Прочти и узнаешь, в чем дело; только не задерживай и верни мне обратно». Дома я эту брошюру переписал и вернул Левковскому, а копию дал для ознакомления священнику Покровскому» (Свид[етель]. Беляков).

«При моем отъезде в Наумовку Левковский дал мне для руководства и передачи тамошнему священнику четырех нелегальных брошюры и поручил, поскольку эта литература была антисоветской, соблюдать осторожность при ее перевозке и конспирировать свой приезд в Наумовку» (обв. Бартоломей).

Левковским были написаны брошюры «О двух путях» и «Беседа со старцем Алексеем», которые он распространял среди членов организации и надежных верующих.

«Брошюру о «Двух путях» я писал для того, чтобы осмыслить современное положение. Эту брошюру я прочел на собрании монахов, которым она понравилась и была признана полезной для верующих, после чего и читалась верующими. Вторая моя брошюра «Беседа со старцем Алексеем» … Поскольку эта брошюра касалась вопроса о свободе совести в СССР, она является документом политическим. Эта брошюра давалась верующим для чтения».

Коллективная читка и проработка нелегальной литературы являлась системой в работе тверского филиала организации.

Монах Козорез показывает: «Нелегальную контрреволюционную литературу нам часто читал Левковский, собирая на моей квартире Бартоломея, Анисимова и Солодова. На одной из таких читок нами была одобрена и признана полезной для распространения в народе брошюра Левковского «О двух путях». Кроме этой брошюры, читались также следующие: «Об исповедничестве и подвижничестве», где имеется установка на развитие среди духовенства и мирян исповеднических подвигов при советской власти и «Беседа со старцем Алексеем».

«Летом 1930 г. Левковский собирал на квартире монашки Августы Нечаевой верующих и читал им литературу собственного произведения «О двух путях» и о результатах его поездки к старцу Алексею» (монашка Сорокина).

Монах Феофан Ишков получал нелегальную литературу непосредственно от Новоселова, по предложению которого и распространял эту литературу среди «надежных» людей (Ишков).

Распространение контрреволюционной литературы среди членов Московского филиала организации было поставлено значительно конспиративнее. «Контрреволюционную литературу ко мне приносил монах Гуреев, а я передавал ее Троицкому, который литературу копировал и возвращал мне, а я или сжигал, или же передавал Гурееву… Ходил ко мне также и священник Дулов, который говорил, что идет гонение на церковь и преследуют духовенство и передавал мне контрреволюционную литературу. Ввиду того, что эта литература вполне соответствует моим взглядам, я начал ее распространять, вступив в контрреволюционную организацию» (Кувшинов).

«Однажды при выходе из церкви я встретил Кувшинова Ивана Алексеевича, который передал мне брошюрку, отпечатанную на машинке на тонкой папиросной бумаге под названием «Что должен знать православный христианин?» В другой раз, передавая мне брошюрку, начинающуюся словами «Уста священника должны хранить ведение», Кувшинов просил, чтобы я ознакомил с этой брошюрой и Троицкого» (поп Красновский).

«Брошюру я переписал в двух экземплярах и начал приносить эту литературу в церковь для ознакомления с ней клира, причем происходило это так: литературу я клал в алтаре на жертвенник и предлагал читать, а после окончания службы забирал с собой» (поп Троицкий).

«Троицкий часто носил с храм различные нелегальные документы и хранил их на жертвеннике в алтаре. Я несколько раз говорил Троицкому, что такие документы не следовало бы приносить в храм, но он мои советы всерьез не принимал» (Красновский).

«Евдокия Федоровна Шуруева однажды в церкви давала мне какие-то листки, написанные через копировальную бумагу, которые я возвратил ей на второй день. Кувшинов же И.А. раза три заходил в церковь и передавал мне нелегальные листовки, отпечатанные на машинке на папиросной бумаге» (Лысяк).

Кроме того, попами Лысяком и Вознесенским был обработан и использован для составления и распространения антисоветской литературы «мирянин» Кузнецов С.Х., которому они внушили, что он является посланником Бога на землю для уничтожения несправедливостей и спасения человечества от безбожной власти, издевающейся над русским народом. Деятельность Кузнецова в роли «спасителя» началась в первых числах сентября 1930 г. и была прекращена его арестом в ноябре того же года. За это время он успел сочинить несколько антисоветских листовок, в которых призывал «все христианство» к объединению и борьбе с советской властью и высказывал явное сочувствие «крестовому походу» заграничных церковников.

Путем размножения через копировальную бумагу Кузнецов довел свои листовки до большого «тиража» и исписал свыше «пуда» бумаги. Листовки распространялись как лично Кузнецовым, так и попом Вознесенским, который хранил эту «литературу» в алтаре церкви. Как «сын божий» Кузнецов считал, что его «появление» должно быть возвещено «предтечей», в качестве которого предложил свои услуги тот же поп Вознесенский. Кузнецов по этому поводу дает следующие показания:

«Я являюсь сыном божием – архистратигом Михаилом, посланным на землю для того, чтобы спасти мир от насилия, лжи и обмана; при этом оговариваюсь, что мне разрешено лгать, когда это вызвано необходимостью оградить от преследования верующих людей, ибо и Христос не всегда называл имени своих учеников. Священника Алексея (Вознесенского) и предполагал сделать своим предтечей, так как я считал его наиболее подходящим для этой цели. Я приносил ему свои рукописи, в которых излагал мысли о необходимости уничтожения безбожников, чтобы власть перешла в христианские руки» (Кузнецов).

Свои политические взгляды Кузнецов формулирует следующим показанием: «Я считаю, что советская власть должна погибнуть, а на смену ей придет христианская власть…, которая, в первую очередь, должна будет озаботиться снабжением населения всем необходимым. Свержение советской власти способствует выступлению Папы Римского и иностранных правительств, так как это создает условия для организации антисоветского движения внутри СССР, этому движению я и старался способствовать».

 

Основное содержание рукописей Кузнецова сводится к восхвалению многих крестоносцев-интервентов. «Доказывая», что участники исторических крестовых походов в настоящее время находятся в раю, Кузнецов пишет в листовке: «Настоящего времени крестоносцы, которые положат жизнь свою за божий престол, тем более будут награждены».

В одной из листовок, распространявшихся организацией, проводится мысль, что «осуществлению грядущего господства евреев над миром» мешает единение христиан; поэтому евреи захватывают все государственные и общественные учреждения и проводят работу по расколу и уничтожению христианства, а также по закабалению рабочих, ибо «Аристократия, пользовавшаяся по праву трудом рабочих, была заинтересована в том, чтобы рабочие были сыты, здоровы и крепки; евреи же заинтересованы в обратном – в вырождении гоев. Власть евреев в хроническом недоедании рабочих потому, что всем этим рабочие закрепощаются их воле и не найдут ни силы, ни энергии для сопротивления. Голод создает право евреев на рабочих вернее, чем аристократия давала на это право законная царская власть».

 

б) Антисоветские проповеди

 

Проповеди контрреволюционного характера являлись одним из методов антисоветская деятельности организации и проводились систематически почти всеми ее членами. При обыске обнаружены конспекты проповедей, из них характерна следующая проповедь, произнесенная Бартоломеем:

«Когда теперь, в наши ужасные дни, смерть носится над нашими головами, когда мы слышим без конца о расстрелах и убийствах, исходящих от наших правителей, когда видим, что власть, воцарившаяся на острие штыка, и теперь правит народом только страхом смерти, когда, наконец, наблюдаем, что одни из-за страха смерти молчат, другие – предают.., то что нужно для того, чтобы смягчить этот страх и отчаяние и быть готовым к смерти? На этот вопрос поищем ответа в современных событиях: почему социалистическая власть обещала всем и ставила себя в особую заслугу, что она навсегда отменяет смертную казнь? Почему, когда власть социалистическая действительно воцарилась над нами, она быстро пришла к смертной казни по отношению к своим противникам и стала жить только угрозами… и действовать расстрелами по 600 человек в неделю? Почему эта власть превзошла кровожадностью все тирании мира и всех кровожадных тиранов? Потому что социализм, во имя которого правит наша власть, есть атеизм, т.е. безбожие и материализм, т.е. попросту скотство. Правы ли эти палачи жизни в своих расчетах? Увы, часто бывают правы, часто, но не всегда».

И дальше: «Как теперь мы часто видим расстрелянных без всякого суда, когда тебе не позволят исповедаться перед смертью, где-то убьют руками нерусских опричников, которыми окружает себя для защиты наша насильническая власть; потом не отдадут даже тела родным и близким и обезображенного расстрелом и последними ударами финна или латыша-красноармейца, где-то зароют без молитвы и отпевания – это действительно ужасно и тягостно».

«Всякий теперь страдающий от большевиков страдает гонимый от безбожной власти, поднявшей гонение на церковь, предавшей отечество врагам, разорившей народ, покрытой преступлениями убийства и расстрелов ни в чем неповинных граждан; поэтому «не славна ли смерть мучеников, которые нашли себе могилу под мечами палачей? …и смерть расстрелянных большевиками, если они не воры, не грабители и не убийцы, а так называемые контрреволюционеры – есть не позор; а суд, тюрьма и издевательства, от них принятые, есть слава и честь».

«Надо стать выше обычных представлений о самой обстановке смерти и погребения и при вере в бессмертие возблагодарить Бога, что он удостоит нас страдать за его имя… сделаться воинами царства Христова и умереть за него для блага церкви и родины».

«Тетрадь с рукописью «Успение пресвятой богородицы» принадлежит мне и пользовался я этой рукописью для проповедей на указанную тему» (Бартоломей).

Монах Козорез дает подробные показания о характере своих проповедей: «Свои взгляды на советскую власть, как на власть антихриста я высказывал в проповедях и в частных беседах с гражданами – главным образом с крестьянами соседних деревень; в проповедях я говорил, что настало скорбное время и в лице советской власти воцарился антихрист, который собирается всему народу приложить печать свою в виде колхозов, союзов и пр.; я говорил, что скоро будут всех принуждать идти в коммуну, но соглашаться не нужно ни под каким предлогом; если даже будут и ссылать за это – бояться не следует, так как сейчас тысячи людей страдают за веру, а в коммунах будет еще хуже, чем в ссылке, так как там заставляют насильно работать для этой ненавистной богопротивной власти. Крестьяне сейчас доведены до безвыходного положения, ибо всех хотят поровнять и сделать нищими, чтобы потом мы пошли к власти просить милостыню, сейчас такие скорби для всех, жизнь становится невыносимой, торговля прекращена, ничего нет, всех подгоняют к общему котлу и к коммуне. Надо быть готовыми каждый час, чтобы бесстрашно выступить на верную смерть и добиться, чтобы Бог избавил нас от безбожной коммуны и антихриста. Я призывал верующих с дерзновением заграждать уста каждому безбожнику, ибо настает время, когда нужно всем верующим выступить на защиту православия. Такие же проповеди говорили Анисимов и Солодов».

Фессалоницкий относительно своих проповедей дает следующие показания: «По праздникам я всегда произносил проповеди по заранее составленным конспектам и признаю, что эти проповеди имели политический контрреволюционный характер, так как были направлены против советской власти».

О влиянии этих проповедей на верующих свидетели дают следующие показания: «Священники Левковский и Фессалоницкий в проповедях неоднократно говорили, что религия гонима, но что скоро должно наступить лучшее время, когда существующая власть погибнет».

«Как церковный сторож, я неоднократно слышал проповеди Левковского и Фессалоницкого о том, что строительство социализма есть царство сатаны. Указанные священники относятся к советской власти резко враждебно» (Михайлов).

«Левковский, Фессалоницкий, Бартоломей, Козорез и Анисимов в своих проповедях всегда говорили, что советская власть – есть власть сатаны и потому подчиняться ей не следует, ибо тот, кто будет подчиняться, попадет в ад на вечные муки» (Казанский).

«Козорез, Анисимов и Бартоломей в своих проповедях всегда хвалили царскую власть и говорили, что тогда всем хорошо жилось. Этим они объясняли и поминовение за службой царей и цариц» (Казанский).

в) Исповеди

 

Для антисоветской агитации широко использовались исповеди, причем из области политических вопросов, которые задавались исповедующимся, первое место занимал вопрос об отношении к колхозному движению.

…«При исповеди верующих женщин Анисимов всегда спрашивал, не состоят ли они в колхозе, причем, если оказывалось, что исповедывающаяся состоит в колхозе, Анисимов отказывался от исповеди и говорил, что вступлением в колхоз совершен непростительный грех, как вступление в союз с сатаной, и потому от Бога не может быть прощения за это; тех же женщин, которые еще не вступили в колхоз, Анисимов уговаривал не вступать и брал с них клятву, что они в колхоз никогда не пойдут» (Ливанов).

Такую же линию проводил при исповеди и руководитель Серпуховского филиала организации поп Ищенко: «Летом 1930 г., накануне Петрова поста, я пошла на исповедь к священнику Ищенко Н., так как наш райсеменовский священник заболел. Когда я покаялась во всех грехах, Ищенко спросил, не состояла ли я в колхозе. Я ответила, что в марте была 10 дней в колхозе, но вышла и сказала, что каюсь в этом; тогда Ищенко заявил: это такой грех, который нужно долго замаливать, но Бог тебя простит, только не помышляй больше об этих организациях антихриста и, во искупление своих грехов, не советуй и другим православным вступать в разные колхозы и совхозы. Я послушалась о. Николая и теперь никакая сила не заманит меня в колхоз» (Горячева).

«Для того чтобы спастись, необходимо открыто и активно изобличать богопротивную власть, что я и дела, где это можно было» (Козорез).

г) Индивидуальная антисоветская агитация

 

Примером его агитации по его показаниям является: «Жидовская власть стремиться сделать всех нищими, чтобы эти нищие просили у власти милостыню; это видно из того, что верующих раскулачивают и отнимают у них дома».

«По моему мнению, вступать в колхоз ни в коем случае нельзя, так как там принуждают к неверию в Бога, и весь труд колхозников уходит для жидовской власти».

«Создаваемые властью колхозы, коммуны, разные союзы, продовольственные карточки и проч. Ведут к тому, что на всех, кто эти мероприятия власти воспринимает, будет накладываться печать антихриста, причем люди, получившие эту печать, будут иметь все, а отказавшиеся от печати ничего иметь не будут; зато люди, принявшие печать антихриста, попадут на вечные муки, а не принявшие эту печать, т.е. не вошедшие в колхозы, союзы и др. советские организации, попадут в рай и будут вечно блаженствовать».

«Люди, которые говорят, что при царе жилось плохо, лицемерят, так как тогда жилось хорошо, а теперь плохо; для меня, однако, чем хуже, тем лучше, так как после теперешних страданий хорошо будет тому, кто не принял печать антихриста» (Козорез).

Иеромонах Яшков, рассказавший о своей контрреволюционной агитации среди верующих, сознается, что он делал большой вред для советской власти не по собственной инициативе, а под влиянием профессора Новоселова и попа Левковского: «Новоселов в беседах со мною советовал внушать прихожанам, что советская власть преследует религию и потому является богопротивной. Я же считал грехом противиться власти, не допускал также случая, когда ко мне приходила старушки и роптали на власть, я разъяснял им, что может быть, эта власть исправится, а может быть, и совсем переменится, т.е. установится другая власть, как это и раньше бывало. Признавая вредность таких разъяснений, я заявляю, что подобные мысли мне внушены Новоселовым и Левковским».

Свидетели: антисоветская агитация обвиняемых приводят следующие наиболее характерные случаи:

«Священник Бубликов всегда ругается последними словами, когда к нему обращаются верующие из приходов, признающих митр. Сергия, говоря при этом: «Вы продались антихристу, в вашей церкви поминают власть сатаны» – туда и идите, а ко мне не приходите; я еще дождусь, когда не будет этой власти и вам тогда придется туго».

«Священник Ищенко еще злее Бубликова и всегда говорит верующим, что скоро эту бесовскую власть сотрут в порошок. В частности – в сентябре 1930 г. во время богослужения в церкви, Ищенко говорил, собрав вокруг себя группу верующих: «Жидовская власть собирается совсем уничтожить православную церковь, но верующие не должны дремать, а нужно дать такой отпор этой власти, чтобы от нее только перья остались» (свид[етель]. Колопатиков).

«Козорез, Анисимов и Солодов в разговоре со мною неоднократно высказывались, что для верующих наступили последние времена и воцарился антихрист, который мучает православных и заставляет бежать в пустыню» (свид[етель]. Казанский.

«Серпуховские священники во главе с Ищенко – отъявленные враги советской власти и в таком же виде настраивают своих прихожан. Однажды я попробовала зайти в собор, где служил Шишканов, но монашки стали на меня кричать: «Ты куда лезешь, антихристка, ты за советскую власть и колхозы и хочешь своим присутствием осквернить наш храм». В это время на паперть вышел Шишканов и заявил: «Вы – предатели, сволочи, красные шпионы, пришли из ОГПУ, чтобы высматривать» (Монашка Серова).

«Боголепова часто приходила в собор и агитировала, что не нужно допускать арестов священников и их высылку, а иначе погибнет религия» (Монашка Леонова).

«Мне известно, что монахи Желтиковского монастыря распространяют слухи, что народился антихрист. Один из этих монахов (фамилия его мне неизвестна) говорил стоявшей в очереди женщине, что на ней лежит печать антихриста. На вопрос – почему? – монах ответил: «Потому, что ты стоишь в кооперации и имеешь членскую книжку» (свид[етель]. Муравьев-Уральский.

 

V. Нелегальные собрания

 

Нелегальные собрания регулярно проводились Серпуховским и Тверским филиалами организации, так как эти филиалы имели законченное организационное построение и активный руководящий состав; Московский же и Орехово-Зуевский филиалы проводили собрания по два-три человека по предварительной договоренности и по мере возникновения вопросов, требующих обсуждения. Местом собрания служили в Московском и Орехово-Зуевском филиалах частные квартиры членов организации; в Твери была завербована монашка Нечаева, квартира которой использовалась как для собраний, так и для получения корреспонденции и явок. В Серпухове собрания филиала происходили в большинстве случаев в алтарях церквей, для его в целях сохранения конспирации часто практиковались поочередные богослужения попов – членов организации – сначала в одной, потом в другой и т.д. церкви, причем во время таких богослужений ин6огда приглашались в алтарь и «миряне» – члены организации, для участия в разрешении некоторых вопросов.

Член Серпуховского филиала организации Шишканов в отношении нелегальных собраний показывает: «За время пребывания в Серпухове (с половины 1930 г. по ноябрь) помню следующие нелегальные собрания Серпуховской группы организации: 1. В начале июня – на квартире Ищенко, а потом Игнатьева Д., по приглашению Ищенко собирались: я, Кре[…] Анатолий, Капинус, Ищенко и Игнатьев; на этом собрании Ищенко вел разговор о необходимости его поездки в Ленинград; 2. Во время праздника «взыскания погибших» в июле 1930 г. в алтаре церкви Покрова собрались: я, Ищенко, Трусов, Бубликов, Рыбаков, Трусилин, Капинус. 3. На праздник Серафима Саровского в августе 1930 г. в алтаре кладбищенской церкви собирались я, Ищенко, Капинус, Трусилин, Бубликов и Игнатьев Д.».

Более откровенно о нелегальных собраниях дает показания иеромонах Трусов: «Серпуховская группа контрреволюционной организации систематически устраивала нелегальные собрания для обсуждения организационных и тактических вопросов своей антисоветской деятельности и для выработки методов вербовки в организацию новых членов».

«На одном из таких собраний в июле 1930 г. в алтаре собора, – продолжает Трусов, – присутствовали: Ищенко, Трусилин, Капинус, Бубликов, Игнатьев Д. и я… Ищенко сделал информацию о положении в ссылке епископа Максима (доктора Жижиленко) и предложил оказать ему материальную помощь. Это предложение было принято и там же произвели сбор, причем каждый участник собрания дал 10 руб.; деньги передали мне для вручения Дубровному, что я и сделал, а последний переслал их по назначению».

Свидетели дают показания, что до ареста и высылки епископа Максима Серпуховский филиал организации устраивал нелегальные собрания своих членов также преимущественно в алтаре церкви: «Епископ Максим часто устраивал нелегальные собрания в алтаре собора, где обсуждались различные вопросы антисоветскогого характера; участники этих собраний ругали советскую власть и распространяли слухи, что «Турка – Сталин организовал гонение церкви и хочет, чтобы священники служили за него молебны» (монашка Калинина).

«Серпуховские попы во главе с Ищенко часто собирались в собор по ночам и зажигали там огонь, хотя службы никакой в это время не было. На эти собрания ходил также и член коллегии защитников Андроников, который дружил с попами, к ним же примыкали бывшие торговцы Илитин и Кузнецов, которые распространяли слухи, что как только слетит советская власть, первая петля будет «красным попам» (свид[етель] Клевашев и Селиванова.

Свидетели Солодилова и Дунаев отмечают, что епископ Максим иногда проводил нелегальные собрания на квартире Копинкиной, где в целях конспирации служил молебны и устраивал торжественные обеды. Под ширмой этих молебнов и обедов «епископ Максим внушал собравшимся, что советская власть преследует религию и учил, как лучше подойти к верующим, чтобы они не признавали советскую власть».

«На этих обедах среди собиравшихся к Копинкиной попов велись разговоры о том, что международное положение складывается не в пользу советской власти и потому эта власть должна скоро слететь, для чего и верующие должны организоваться, чтобы помочь активным контрреволюционным силам в борьбе с советской властью и коммунистами».

Тверской филиал организации почти со времени своего возникновения обзавелся конспиративной квартирой, завербовав для этой цели монашку Нечаеву, с которой Левковский договорился о собраниях, явках и корреспонденции.

Левковский показывает:

«С Нечаевой у меня была договоренность, что всю корреспонденцию на мое имя будет получать она и передавать мне; мною делалось это в целях конспирации, так как я хотел сохранить мои связи от репрессий». Сама Нечаева показывает, что в 1927 г. Левковский обратился к ней с просьбой, чтобы вся его корреспонденция получалась по ее адресу. Дав на это согласие Левковскому, Нечаева начала получать письма из Ленинграда, Москвы и Серпухова, которые передавала Левковскому.

С тех пор Левковский начал систематически устраивать собрания на квартире Нечаевой, о чем он дает такие показания: «На квартире Нечаевой несколько раз происходили собрания, на которых я читал литературу собственного произведения (о «Двух путях» и «Беседа со старцем Алексеем»). Такие собрания я назначал заранее и приглашал Бартоломея, Фессалоницкого, Козореза, Анисимова и Солодова».

Поп Бартоломей дополняет Левковского и говорит, что собрания происходили не только на квартире Нечаевой, но и на квартире другой монашки – Герасимовой. «На квартире Вассы Герасимовой под видом чаепития состоялось нелегальное собрание, на котором обсуждались вопросы тактики, какой следует придерживаться в отношении советской власти, чтобы по возможности оградить себя от репрессий, не прекращая работы. На этом совещании говорилось также и о том, что митрополит Сергий продался большевикам и потому мы должны по-прежнему избегать с ним всякого общения и разъяснять верующим действительное положение. Аналогичные совещания происходили и в другое время, причем присутствовали на них обыкновенно следующие лица: я, Левковский, Фессалоницкий, Анисимов, Козорез, Герасимова и Солодов».

В тех случаях, когда члены организации находили возможность организовать открытое антисоветское выступление верующих, они приглашали на свои совещания и наиболее надежных членов церковного совета, перед которыми под видом защиты церкви от безбожной власти ставили задачу возбудить верующих против мероприятий советской власти и общественных организаций, создать недовольство и толкнуть их на массовое выступление «в защиту святыни». Такие совещания были в 1929 и 1930 гг. и на основании показаний Фессалоницкого представляются в следующем виде: «В начале августа мес. 1929 г. было созвано неофициальное заседание церковного совета и всего нашего духовенства. Обсуждался вопрос в связи с разговорами о закрытии нашей церкви, причем было решено возбудить ходатайство об отсрочке закрытия, а если это ходатайство удовлетворено не будет, апеллировать к верующим, которых мы насчитывали до 25 000. Практически это предполагалось сделать таким образом: созвать собрание верующих и объявить им о предстоящем закрытии церкви, а также объявить им и час, когда явится комиссия по закрытию церкви. Так и было сделано, Но комиссия явилась без предварительного извещения, и потому закрытие церкви произошло без инцидентов».

 

VI. Антиколхозная агитация

 

Кроме антиколхозной агитации в проповедях, на исповедях и в беседах с отдельными гражданами организация «истинного православия» уделяла колхозному вопросу специальное внимание, проникая в массы крестьянства путем посылки в деревни монашек со специальными заданиями по антиколхозной работе, устраивая торжественные богослужения в деревнях, делая попытки создания своих ячеек на местах; причем основные установки организации в антиколхозной работе заключались во внушении крестьянам, что колхозы – это «организации антихриста», принадлежность к которым «влечет вечные муки в аду», что весь труд колхозников уходит на пользу «ненасытной власти антихриста» и что «все равно скоро будет война». «Советская власть погибнет и тогда колхозников будут подвергать пыткам», причем в зависимости от обстоятельств применялись и угрозы отлучения от православия и изгнания из церкви, а также практиковался отказ от исповедей членов колхоза. На основе этих положений организация и развивала антисоветскую работу в деревне. Серпуховский филиал организации помимо систематической антиколхозной агитации специально командировал в деревню двух членов филиала: в с. Березня – Бубликова, который, однако, не смог там закрепиться на продолжительное время, и вынужден был выезжать по праздникам, а в с. Липецы – Дубровного, который на некоторое время занял Липецкий приход и организовал там свое хозяйство в виде пасеки; как Бубликов, так и Дубровный всю антисоветскую работу в указанных селах строили на антиколхозной агитации, используя для этой цели монашек, по существу чего мы имеем следующие показания: «Дубровный посылал монашек в деревню и учил их: «Говорите крестьянам, чтобы не вступали в колхоз и не давали бы семян для посева, ибо, если они свяжутся с колхозниками, сами останутся голодными» (свид[етель] Голубцева).

«Бубликов привез с собой трех монашек, которые сразу же начали вести антиколхозную агитацию, называя колхозы дьявольским изобретением» (свид[етель] Чистехин).

«Бубликов часто произносил проповеди в селе Березня, в которых доказывал, что «трактор сделан для угнетения человечества» и призывал помнить, что «Христос страдал за веру, а потому и мы должны страдать и не поддаваться большевикам, оказывая поддержку друг другу, а особенно страдающим в ссылках духовным лицам и памятуя, что так долго продолжаться не может, за границей знают нашу участь и скоро освободят нас, а кто состоит в колхозе, тому будет первая петля». Привезенные же Бубликовым монашки распространяют слухи, что на свете нет дела грешнее колхозов» (свид[етель] Глухов).

«Бубликов агитирует в с. Березня, что колхозы и совхозы – организации сатаны и потому, кто вступает в эти организации, тот противник Бога. Монашки же, привезенные Бубликовым, беседуя с колхозниками, говорят: «Мы бы тоже работали в поле, но только не в колхозе, так как Бог накажет за работу в колхозе» (свид[етель] Учит. Брандукова).

«В с. Березня был организован возле церкви колхозный склад, в котором стояли также и трактора, чем воспользовался поп Бубликов и начал вести агитацию, что «трактор – сатанинский инструмент и его надо подальше угнать от церкви» и что колхозы ведут к забвению Бога, но нужно помнить, что скоро будет другая власть, которая с колхозниками расправится» (свид[етель] Колобов).

Одна из привезенных Бубликовым в с. Березня монашек Репина показывает: «Вместе со мной в церковной сторожке живут еще две монашки и священник Бубликов, который нас всегда учил, чтобы мы убеждали крестьян в необходимости посещения церкви и говорили им о страшном суде и о том, что колхозы окончательно доконали священников. Мы, как подчиненные Бубликова, выполняли его советы и часто разговаривали с рабочими совхоза «Большевик» о том, что они большие грешники, так как работают по праздникам и не ходят в церковь. Ходили мы летом работать в дер. Брятино, так как там единоличники, а работать в колхозах нам Бубликов запрещал».

В отношении своей антиколхозной агитации монах Трусов показывает: «Помню, что мне однажды пришлось говорить с тремя крестьянами и, когда я услышал от них жалобу, что плохо живется, предложил крестьянам почаще ходить в церковь к нашим священникам. Впоследствии я часто встречал этих крестьян в церкви и говорил им, что надо отказаться от вступления в колхозы, не выполнять хлебозаготовок и не расширять посевную площадь, так как весь их труд идет на пользу бесовской власти, а крестьянам ничего не остается».

Монашка Фадеева показывает, какие задания давали ей члены Серпуховского филиала по части антисоветской работы в деревне: «Дубровный и Трусов всегда мне говорили, что нужно прислушиваться к разговорам крестьян о закрытии церквей и о колхозах, а насчет войны и власти в деревне открыто не говорить, а можно говорить только с таким расчетом, чтобы об этом мало кто знал».

Летом 1930 г. Ищенко, Бубликов и Игнатьев устроили торжественное богослужение в дер. Дашковка, причем как в процессе этого богослужения, так и после него, собирали группы крестьян-колхозников и внушали им: «Если вы не выйдите из колхоза, мы будем считать вас неверующими и в церковь не пустим».

Монашка же Дронова показывает, что Трусов и Дубровный в беседе с крестьянами всегда подчеркивали: «Кто не пойдет в колхоз, за того будем молиться и поминать его, как стойкого и богоугодного христианина».

Тверской филиал организации также уделял большое внимание антиколхозной работе во всей своей антисоветской деятельности. В главе «Антисоветская агитация и пропаганда» отмечены случаи такой агитации со стороны Козореза, Анисимова и др. членов этого филиала, которые использовали для этой цели проповеди, исповеди и проч. Кроме агитации на месте, члены организации проводили антиколхозную агитацию путем посылки писем. Вот характерные выдержки из писем Козореза: «Скоро будут вас принуждать в коммуну работать и записываться, но не соглашайтесь ни под каким видом; будут ссылать вас – не бойтесь, везде Бог есть, сейчас тысячи страдают за веру Христову в ссылках и тюрьмах».

«Все приходится отдавать ненасытной богопротивной власти, а сейчас введение коммун – ничего своего не будет в крестьянстве, будет общий труд и общий котел, а кто не согласиться, будут ссылать. Рабочих на фабриках они уже взяли в свои руки, а теперь придираются к крестьянам, явно, что воцаряется антихрист».

«У нас уже начинают подгонять под видом разных союзов, коллективов, проф. книжек – это все ведет к печати антихриста, а кто примет печать, тот будет слугой антихриста».

«Чтобы вам лучше было, откажитесь от земли, враг хитро действует через жидов, но вы ухитряйтесь как полегче, чтобы и врага не раздражать и от Бога не отступить».

 

VII. Контрреволюционная деятельность среди рабочих

 

Организация «Истинного Православия», имея сильные группы в таких центрах текстильной промышленности, как Тверь и Серпухов, стремилась создать себе авторитет и влияние среди отсталой массы рабочих, «продвигая» для этой цели в церковные советы верующих – рабочих и обрабатывая их в антисоветском духе путем проявления «отеческой заботливости» о рабочих, находящихся «в гадких условиях». При этом из среды работниц, преимущественно пенсионерок и выходцев из деревни, вербовали кадр кликуш, использовавшихся в качестве «приводного ремня» для распространения своего влияния на рабочие казармы, где велась агитация за посещение церквей и срыв пятилетки. В этом отношении характерны следующие факты: «Монах Трусов часто останавливал на улице знакомых рабочих и говорил им: «Сейчас только через церковь можно добиться улучшения положения рабочих; поэтому вся рабочая масса должна ходить в церковь и тогда скорее можно будет сорвать пятилетку и все хлебозаготовки, а там и Америка подоспеет на помощь».

«Большую антисоветскую работу проводили монахи Козорез, Анисимов и Солодов среди работниц Тверской Мануфактуры, из числа которых они создали группу своих почитательниц, почти ежедневно посещавших Желтиковский монастырь и засиживавшихся там иногда до 2 часов ночи. Эти работницы под влиянием агитации монахов были настроены враждебно по отношению ко всему советскому, были случаи, когда эти женщины не пускали детей в школу и заставляли пионеров снимать красные галстуки, а одна из особых почитательниц монахов – работница Весенкова носили траур по случаю расстрела священника Гвоздева» (свид[етель] Копылова).

«Работница Тверской мануфактуры Шапочкина, проживающая в рабочей казарме, под влиянием агитации Козореза, Анисимова и Солодова притворяется святой и известна среди рабочих под кличкой «Богородица». Шапочкина имеет различные «целебные травы», занимается «колдовством» и демонстративно крестит все предметы, с которыми она соприкасается» (свид[етель] Андреева).

«Бывший крупный торговец Кузнецов П.В. (член Серпуховского филиала) в последнее время устроился на службу в тракторную колонну, но по-прежнему поддерживает связь с попами Ищенко, Бубликовым, Рыбаковым и др. и постоянно ведет среди рабочих тракторной колонны такую агитацию: «Вы работаете в гадких условиях и все на коммунистов, лучше бы бросили работу, пошли домой и почаще посещали бы церковь, так как наши священники – хорошие люди и молятся за лучшую жизнь» (свид[етель] Мамонов).

«В разговоре с верующими Ищенко часто спрашивает, как живут рабочие, и говорит, что священники о рабочих заботятся больше, чем большевики, надо только не допустить ослабления религии, вот и Сталин сделал распоряжение не закрывать церкви, так как побоялся верующих» (свид[етель] Дронова).

Кроме отмеченных случаев, организация «Истинного Православия» подбирала наиболее подходящий элемент из отсталых рабочих, соответствующим образом воспитывала их и использовала в своей контрреволюционной работе. Так, Тверским филиалом были завербованы: рабочий фабрики «Пролетарка» – Волков, 70 лет, с большим производственным стажем, который под видом церковного старосты ездил по поручениям членов филиала в Ленинград для связи с центром, участвовал на нелегальных собраниях и выполнял другую работу, и ткачиха той же фабрики – Папышева, 38 лет, с 22-летним производственным стажем, ездила с Бартоломеем в с. Иверовское под видом певчей и помогала ему в работе по организации контрреволюционной ячейки. В Серпухове же был использован рабочий ситценабивной фабрики – Костин, 59 лет, с 40-летним производственным стажем, который будучи церковным старостой, также выполнял различные задания филиала.

 

VIII. Помощь высланным единомышленникам и поминовение сельских кулаков и пр.

 

Большое место в работе контрреволюционных организации занимала помощь высланным, а главным образом, антисоветская агитация среди населения на этой почве. Во всех церквях, где попами были члены организации «Истинного Православия», систематически производились поминовения ссыльных «за здравие» и читалась специально для этого составленная центром организации молитва, в которой главное место занимают такие выражения:

«Буди, Господи, милостив, молит тя многострадальная церковь твоя […]. Помяни, праведный Боже, обещание твое неложное: созижду церковь мою и врата адовы не одолею ее». После прочтения этой молитвы обыкновенно происходило обращение к молящимся о необходимости оказать материальную помощь «в изгнании сущим пастырям» и производился тарелочный бор. Кроме того, во многих церквях существовал такой порядок, что с доходов каждого попа удерживался известный процент в пользу ссыльных. Собираемые таким образом деньги частично отправлялись в ссылку по почте, а частью переводились на товары, которые отправлялись по назначению с нарочными – монашками. Сами арестованные члены организации так оценивают свою деятельность в этой области:

«Когда я приехал в Серпухов, там же был установлен порядок поминовения за богослужениями сосланных священников, причем это поминовение являлось ярко выраженной демонстрацией, имеющей целью возбудить верующую массу против мероприятий советской власти» (Ищенко).

«Во время богослужений я читал молитву за многострадальную православную церковь, содержание которой наталкивало верующих на мысль, что церковь и православная вера гонимы и преследуются советской властью» (Трусилин).

«Поминовение за богослужениями священников, находящихся в тюрьмах и ссылках, было направлено к возбуждению недовольства верующих существующим политическим строем, а также имело целью изобразить высланных как мучеников за веру и правду» (Дубровин).

«В церкви Покрова, в которой я служил, был установлен такой порядок, что каждый священник давал ежемесячно 15 руб. для высланных» (Капинус).

«Для оказания помощи высланным я давал один 20, а другой раз 5 руб. монашке Еликониде Волковой, на Пасху же 1930 г. я дал Волковой 40 руб., так как она в это время ездила в Архангельскую губ. к ссыльным. 3 октября я дал Волковой еще 5 руб.; кроме того, за 1930 г. я давал для помощи ссыльным монашке Феодосии 3 руб. и монашке Принцевой – 10 руб.; всего таким образом, я пожертвовал 88 руб., не считая ежемесячного взноса по 10 руб.» (Бубликов).

 

Таким образом, размер материальной помощи ссыльным определяется в сумме около 200 руб. с каждого члена организации, не считая того, что собиралось среди верующих.

Монашка Волкова по существу своих поездок в ссылку показывает: «Я принимала участие в оказании помощи осужденным за контрреволюционную деятельность и сама возила деньги и сухари к месту ссылки – в Архангельскую губернию».

Относительно порядка сборов денег среди верующих дает показания свидетель Чернявский: «В Серпуховских церквях до последнего времени читалась молитва за многострадальную церковь, причем по окончании этой молитвы верующие призывались оказать материальную помощь ссыльным».

Свидетель же Улевашев показывает о другом способе собирания средств среди верующих – путем подписного листа: «В мае 1930 г. в Серпуховском соборе было собрание верующих, где меня заставили подписаться под какой-то бумагой, впоследствии оказавшейся подпиской о помощи ссыльным попам. Тогда священник Капинус вел с верующими такую беседу: «Коммунисты задавили налогами церковь и разрушают матушку Россию, но пострадаем немного, и скоро настанет наш день».

Член организации Трусилин сознается, что после прочтения молитвы о «многострадальной церкви» он обратился к верующим с речью, в которой заявил: «Рабы божии, православные христиане, пожертвуйте для ссыльных священников, кто сколько может».

После этого, по словам Трусилина, начался тарелочный сбор.

Член Тверского филиала организации монашка Наумова показывает: «Помощь осужденным и ссыльным своим единомышленникам я оказывала деньгами и шитьем для них одежды, но кому персонально и как это делалось, я не скажу, так как не хочу предавать людей, делающих доброе дело».

 

Свидетель дьякон Лобцов показывает: «Молитву за многострадальную церковь Крылов привез из Ленинграда, а когда она потерлась от употребления, такую же молитву Дворянский (арестованный член организации) привез из Москвы или Серпухова; эта молитва читалась Крыловым и Дворянским по воскресеньям и праздникам, иногда стоя, а иногда на коленях. Молитва эта представляет из себя набор слов, подобранный с таким расчетом, чтобы произвести впечатление на верующих и натолкнуть их на мысль, что православная церковь в условиях советской власти находится в гонимом положении и что это положение нужно изменить».

«Крыловым» был установлен порядок поминовения высланных за контрреволюционную деятельность кулаков и торговцев; так поминались «в изгнании сущие рабы божии»: торговец-мясник Бобров Александр, его брат Агап, трактирщик Тряшин, кулак Крылов и другие раскулаченные и высланные».

По приговору Тверского окрсуда в октябре 1930 г. был расстрелян член организации – поп Гвоздев за контрреволюционную агитацию. Члены Тверского филиала организации в целях антисоветской демонстрации отслужили публичное погребение этого Гвоздева и систематически служили панихиды по нем. Это обстоятельство Бартоломей объясняет таким образом:

«17 октября 1930 г. сестра священника Гвоздева сообщила Левковскому и Фессалоницкому, что приговор суда о расстреле Гвоздева приведен в исполнение, в результате Левковский произвел публичное отпевание расстрелянного в присутствии большого количества народа, после этого в течение нескольких дней производились публичные панихиды по Гвоздеву, причем лично я отслужил 3-4 панихиды за «убиенного, новопреставленного иерея Георгия». Считаю, что наш поступок является правильным».

 

IX. Использование монашек, «юродивых» и «бесноватых»

 

Из изложенных в предыдущих разделах обзора фактов видно, что монашки играли крупную роль в системе контрреволюционной деятельности организации «Истинного Православия», что не скрывают и сами члены организации, давая такую оценку роли монашек: «Члены контрреволюционной организации, как люди определенных политических взглядов, передавали свои взгляды верующим, используя для этого монашек, которые, ходя по домам и деревням, распространяют всевозможные слухи о советской власти, как власти антихриста; подобный способ агитации почти всегда достигается цели и в результате получаются волнения и недовольства» (член организации Андроников).

«Сплетни, распускаемые монашками, тоже один из способов работы нашей организации для подрыва доверия к власти, как власти антихриста» (член организации Дубровный).

Для большой наглядности и успешности антисоветской агитации и «пророчеств» о скорой гибели советской власти организация под видом поднятия религиозности верующих практиковала «гастроли» различных «юродивых» и «бесноватых», которых заранее обучали, как следует притворяться хромыми, одержимыми бесами, что следует говорить и проч., причем одна из «юродивых» постоянно носила с собой и устраивала коллективные читки специально изготовленной тетради, в которой были списаны похождения этой «юродивой» на том свете. Контингент этот вербовался преимущественно из среды разных деклассированных элементов и из «бывших».

Этот метод контрреволюционной деятельности члены контрреволюционной организации излагают следующим образом: «По инициативе Козореза, Анисимова и Солодова к празднику Арсения (15 марта 1930 г.) в Тверь был приглашен «юродивый» Павлуша, который предсказывал будущее. Была также Фекла, одержимая бесами, и другие бесноватые, которые кричали и лаяли по-собачьи. Приезжала из Ленинграда также и монашка Домнуша, которая пользовалась большой популярностью среди верующих как явившаяся с «того света». Домнуша рассказывала, что она была в аду и в раю и видела в раю епископа Арсения, у которого заметила на голове пятиконечную советскую звезду. Кроме того, у Домнуши была тетрадь, где записаны все ее похождения на том свете. Эту тетрадь она давала читать верующим. Все это делалось для того, чтобы поднять религиозную фанатичность и доказать темным массам, что существует нечистая сила и дьявол» (Бартоломей).

Козорез это обстоятельство описывает в своих показаниях таким образом: «Юродивый Павлуша, мой хороший знакомый, и я специально приглашал его в Тверь на праздник Арсения для исполнения роли провидца, предсказания будущего и для разных советов верующим. Сделал я это по договоренности с Анисимовым и Бартоломеем для поднятия религиозности среди верующих и увеличения доходов церкви. Павлуша успешно выполнил свою роль: верующие к нему подходили, целовали иконку, которая висела на груди у Павлуши, считая его святым. Нашу церковь посещала по праздникам также бесноватая по имени Фекла, которая во время богослужения лаяла по-собачьи и разными способами доказывала, что вселившиеся в нее бесы начинают неистовствовать. Эта бесноватая также должна была усилить религиозность верующих. Бывала у нас и Домнуша из Ленинграда, которая возила с собой тетрадку о своих похождениях на том свете» (Козорез).

Сам Павлуша определяет свою личность и работу в качестве «юродивого» следующими показаниями: «7-8 лет назад у моего отца была отобрана посудная фабрика, на которой работало 200 человек рабочих; в Тверь меня привозила купчиха Анастасия летом 1930 г., где Анастасия и монах Фотий (Солодов) обучали меня, как ходить с палкой, как хромать и прыгать при ходьбе и как предсказывать будущее. Кроме того, Фотий учил говорить, что скоро все церкви рухнут. Советская власть все разгоняет, скоро придет антихрист, а сатана уже народился и душит народ. При этом Фотий хватал себя за горло, как сатана душит народ. Дьякон Семен (Козорез) советовал мне проехаться по деревням, но я отказался, так как от этого дохода мало; Фотий повесил мне на грудь иконку, которую некоторые женщины целовали. Подготовленный таким образом я пришел в церковь и проделал все, чему меня учили».

 

Заключение

 

Сконструировавшаяся под предлогом защиты «Истинного православия» контрреволюционная организация церковников, как видно из вошедших в обзор материалов, имела вполне законченную политическую установку – свержение советской власти и восстановление монархического строя во главе с «законным царем»; для достижения этой основной цели организация развивала контрреволюционную деятельность во всех областях общественно-политической жизни, используя каждую трудность и каждое достижение социалистического строительства в своих антисоветских целях и проникая в казармы наиболее отсталых слоев рабочих через специальную агентуру – кликуш. Особо следует подчеркнуть, что организация «Истинного Православия» имела повстанческий характер, что вполне определенно вытекает из следующих данных:

1. Брошюра под названием «Беседа двух друзей» прямо призывает к восстанию против советской власти, говоря, что «народ не имеет других путей для защиты своей веры, как грозное возмущение».

2. «Новое евангелие» Фессалоницкого совершенно ясно призывает все реакционные элементы к восстанию – «к ответу кулаком» на политику советской власти.

3. Рукописи и «установка» Кузнецова призывают оказать помощь «крестовому походу» и организовать такое же движение внутри СССР.

4. Бартоломей в своих проповедях призывает «сделаться воинами царства Христова и умереть для блага родины».

5. Попытки создания эксцессов на почве закрытия церквей, возлагая надежды на «25 000 верующих» и, несомненно, рассчитывая, что один из таких эксцессов может вылиться в вооруженное восстание.

ЗАМ.[ЕСТИТЕЛЬ] ПП.

КАЦНЕЛЬСОН

 

НАЧ [ЧАЛЬНИК] СОУ ПП ОГПУ МО

ГОРДОН

 

НАЧ[АЛЬНИК]. СО ПП ОГПУ МО

ОРЛОВ

 

Просмотров статьи:

95

Поделиться в социальных сетях: